АЛИЕВ Муху Гимбатович


Постоянно проживает в г. Махачкале.

Член Совета Федерации Федерального Собрания РФ. Заместитель председателя Комитета по международным делам. Председатель Народного Собрания Республики Дагестан.

М.Г.Алиев родился 6 августа 1940 г. Аварец. в 1962 г. окончил Дагестанский государственный университет по специальности “филолог”. В 1962-1964 гг. — учитель, завуч, директор средней школы в Цумандинском районе Дагестанской АССР. В 1964-1969 гг. — секретарь комитета ВЛКСМ, аспирант Дагестанского государственного университета. Кандидат философских наук. В 1969-1972 гг. — первый секретарь Махачкалинского горкома ВЛКСМ. В 1972-1985 гг. — первый секретарь Советского райкома КПСС г. Махачкалы. С 1985 г. — заведующий отделом, с 6 марта 1990 г. — первый секретарь Дагестанского обкома КПСС. С 1991 г. — заместитель председателя Верховного Совета Республики Дагестан. В августе 1994 г. избран председателем Верховного Совета Республики Дагестан. В апреле 1995 г. избран председателем Народного Собрания Республики Дагестан. В январе 1996 г. вошел в состав Совета Федерации.

Женат. Имеет двоих детей.

Считает, что единство государства обусловливается единством субъекта Федерации. Выступал против создания Палаты национальностей в парламенте республики, полагал, что те, кто настаивает на этом, скрыто или явно ведут дело к федерализации Дагестана, что приведет лишь к усилению этнического сепаратизма. Подчеркивал, что необходимо подняться над узко национальными чувствами и тщательно продумать вопрос о последствиях принимаемых решений. Указывал на то, что федерализм во многих странах вполне отвечает интересам народа, но чужие лекарства не всегда подходят для наших болезней. Говорил о культурно-национальной автономии как об одной из реальных в Дагестане форм самоопределения народов, одном из действенных способов решения межнациональных проблем.

По мнению М.Г.Алиева, в Дагестане в специфических условиях национально-этнического плюрализма нет иного способа создания гражданского общества, как полнейший учет как общих, так и специфических интересов каждой отдельно взятой национальности. А это обеспечивается пропорциональным представительством в Народном Собрании и других органах власти. При всех сложностях и трудностях только соблюдение данного принципа обеспечивает гражданский мир, межнациональное согласие. Отсюда вытекает необходимость иметь в республике парламент, который сочетал бы профессионализм с пропорциональным представительством. Поэтому выборы в Народное Собрание Республики Дагестан необходимо проводить как по территориальным, так и по территориально-национальным округам. Говоря о праве выдвижения кандидатов в депутаты Народного Собрания по партийным спискам, отмечал, что это логично, но в Дагестане еще не сложилась развитая партийно-политическая система. Многие партии находятся в стадии формирования. Однако это не исключает их участия в выборах. Но не на особых, а на общих основаниях в избирательных округах. В свою очередь, это послужит стимулом процессу образования и функционирования этих партий.

Заявлял, что главы администраций могут совмещать должностные обязанности с депутатским статусом. Депутат Народного Собрания не может входит в Госсовет, правительство Республики Дагестан. Главы администраций лучше многих знают, какой закон работает, а какой — нет. И не надо опасаться, что главы городских и районных администраций будут избраны в парламент республики.

Отмечал сложнейшее геополитическое положение Дагестана. В результате преобразования бывших советских республик в независимые государства Дагестан оказался в их кольце, а события, связанные со стремлениями Чечни односторонне выйти из Российской Федерации, разрушение коммуникаций, перекрытие железнодорожных и автомобильных путей привели к экономической блокаде республики. Также не прекращаются провокации по втягиванию Дагестана в конфликт не только со стороны чеченских экстремистов, но и со стороны отдельных влиятельных людей в Москве и некоторых центральных средств массовой информации. Считал, что Российский центр должен выработать достаточно гибкую, мягкую национальную политику, чтобы удержать национальную психологию масс в равновесном состоянии. Вместо этого, увлеченный преимущественно проблемами укрепления центральной государственной власти и использованием Федеративного договора в сторону усиления унитаризма, Центр порой принимает решения, которые значительно ухудшают ситуацию в Северо-Кавказском регионе. Отмечал, что определяющим должен быть принцип принадлежности Республики Дагестан Российской Федерации.

По мнению М.Г.Алиева, идея губернизации России подрывает политические устои федеративного государства и недопустима в устах лиц, занимающих государственные должности. Федеративное устройство России, существование в рамках единого государства национальных республик — результат исторического развития. Поэтому предложения “реформировать” краеугольный камень политического устройства нашей страны приводят к росту отчуждения по отношению к Центру. Это не может не иметь серьезных политических последствий. Отмечал, что Дагестан должен отстаивать свой государственно-правовой статус суверенной республики в составе Российской Федерации.

По отношению к чеченскому конфликту заявлял, что Дагестан сохраняет нейтралитет, но это не означает равнодушия к собственным интересам и судьбам борющихся сторон. Выступал за решение всех проблем на Кавказе, чреватых войной, исключительно политическими методами. Считал правомерным принцип сохранения единства и целостности РФ, не соглашался с военными методами его реализации и отмечал, что вся вина ложится на совесть тех государственных деятелей, кто развязал военные действия, не использовав до конца политические методы решения вопроса.

По экономическим проблемам отмечал, что в стране нет продуманной стратегии и тактики реформ. То, что предлагается, — не что иное, как набор общих лозунгов и фраз о либерализации, демократии, подражание “цивилизованным странам”. Принятая на вооружение монетаристская модель абсолютизирует рынок и ориентирована не на производительный труд и продуктивную деятельность, а на распределение. Еще один стратегический просчет выражается в насильственном демонтаже средствами политики связей, ранее установившихся между республиками. Необходимо сделать вывод из ошибок, внести коррективы в реформы.

Подчеркивал необходимость решительного наступления на преступность. Без этого невозможно осуществить реформы. Только поставив заслон криминализации политической жизни, коррумпированности чиновников, можно рассчитывать на оздоровление обстановки. Отмечал нездоровую и опасную тенденцию роста антикавказских настроений, которая начала выплескиваться не только в средствах массовой информации, но и в политико-идеологических настроениях некоторых известных общественных и даже государственных деятелей. Отмечал, что речевой оборот “лицо кавказской национальности” скрывает за внешне юридически корректной формой махровый национализм. Известно, что никакой “кавказской национальности” не существует и речь идет не о правосубъекте, а об антропологических особенностях человеческого лица, превращенных в спекулятивную правовую категорию для незаконных административных действий по отношению к носителям этих антропологических особенностей. Высказывания о “лицах кавказской национальности” должны быть признаны расистскими в прямом смысле этого слова. Полагал, что само появление и распространение этой формулировки лишь отражает глубоко зашедший в России рост национальной агрессивности. У преступности нет национальности, а если не следовать этому принципу, то борьба с преступностью превратится в преследование по национальному признаку.